t_itanium (t_itanium) wrote,
t_itanium
t_itanium

Categories:

Лоббисты пальмы переходят в наступление

Хочу напомнить достопочтенной публике, что вопрос не в том полезно или вредно пальмовое масло, а в том, что в некоторых продуктах питания (например, сыре, твороге, сметане и пр.) никакой пальмы не должно быть по определению. Сыр с пальмой это не сыр, а творог не творог, а сурргаты, если называть вещи своими именами. И обсуждать здесь нечего



А вот в моющие средства и прочую бытовую и другую химию пусть льют пальму сколько влезет. Только этого рынка пальмовому лобби мало. Ведь после введения продуктового эмбарго в России производителям пальмы «тут-то карта и попёрла» (с). И грех не воспользоваться ситуацией, пропихивая это говно везде. Ведь местные производители в погоне за прибылью готовы залить пальмой буквально всё.

Кстати, интересно, это клован сам то жрёт местное пальмовое г@вно? Что-то я очень сильно в этом сомневаюсь.

…В России не любят пальмовое масло, и это еще мягко сказано. Действия противников тропического импорта больше похожи на крестовый поход. Центральные телеканалы пестрят скандальными разоблачениями. Фермеры хотели бы снабдить продовольственные товары на основе «пальмы» какой-нибудь пугающей маркировкой – по аналогии с сигаретами. Минфин с Минсельхозом в прошлом году грозились сделать экономически невыгодным использование пальмового масла в пищепроме – и это на фоне впечатляющей динамики его поставок в Россию.


Ограничить применение масла якобы из-за вреда здоровью предлагают депутаты. При этом, правда, они апеллируют к чему угодно, но только не к результатам научных исследований. Еще в 2011 году группа сотрудников Стэнфордского университета попыталась увязать потребление пальмового масла в разных странах со статистикой инфарктов и инсультов. Попытка оказалась спорной и в целом не слишком убедительной для других исследователей, не выявивших прочной связи. Но это не помогло продукту избавиться от скандальности.

Давление не ослабевает, подтверждает Алексей Удовенко, региональный представитель МРОС – Малайзийского совета производителей пальмового масла, де-факто также представляющий здесь интересы индонезийских поставщиков (экспортеры из этих стран Юго-Восточной Азии, часто аффилированные между собой, вместе контролируют четыре пятых мирового рынка). Репутация пальмового масла в России может показаться безнадежно испорченной, но Удовенко все еще рассчитывает вернуть доверие к продукту. Свои аргументы он изложил в интервью Republic.

– Как много масел используется в еде?

– Семнадцать, хотя из производимых в России основная доля приходится на подсолнечное, в меньшей степени – на рапсовое масло.

– А в мире еще есть соевое, кукурузное и много другого. Но, кажется, именно пальмовое масло – рекордсмен по количеству скандалов, причем не только в России. Я прав?

– Россия в этом отношении страна не уникальная, да. Помню, я как-то слушал доклад маркетолога одной международной компании. Он перечислил самые переоцененные и самые недооцененные масла. Первую группу возглавило оливковое масло, а во второй лидировало пальмовое.

– Но речь ведь не просто о недооценке. Именно пальмовое масло, а не оливковое или какое-нибудь льняное повсюду встречает протесты. Легко предположить, что с ним и правда что-то не так. И проблема, возможно, не в одной лишь вырубке тропических лесов, из-за чего рост производства пальмового масла вызывает тревогу на Западе.

– Когда нам настойчиво предлагают ту или иную информацию, нелишне спросить себя, чьи интересы за ней стоят. Кому выгодно? Честно скажу: сколько я работаю, столько прошу у руководства МРОС, чтобы мне разрешили таргетировать конкурентов в качестве ответной меры. Но мне не разрешают. Говорят, что наша задача – информировать, представлять альтернативную точку зрения и не более. Хотя я, как дипломированный специалист по маслам и жирам, поверьте, мог бы многое о них рассказать.

– О ком конкретно?

- О производителях того же подсолнечного масла.


– Так расскажите.

– Начнем с урожaйности подсолнечникa, которая вчетверо меньше, чем у масличной пальмы. Соответственно, нужно больше земли – это к слову об ущербе для экологии. А еще необходимо больше удобрений, пестицидов, влияние которых от рaстений передается мaслам. Что происходит с подсолнечником на маслоэкстрaкционном заводе? Его сушат топочными газaми, лущат и далее экстрагируют. Процесс экстракции, в ходе которого из семечек вымывают остаточную масличность, взрыво- и пожароопасный, поскольку в нем используют растворители, нефрас. Но и это не все. Далее продукт поступает на рафинацию на масложировой комбинат, где его отбеливают специальной отбельной глиной, а делать это можно только в респираторах. Иначе…




– Позвольте вас прервать. Давайте говорить о потребительских свойствах масла. При чем тут производственная безопасность?

– Потребительские свойства? Пожалуйста. За рафинацией следует процесс гидратации, это когда в масло добавляют кислоту. А еще туда добавляют щелочь. При этом чтобы из жидкого подсолнечного масла сделать полутвердый или твердый маргарин, ему нужно пройти процесс гидрогенизации с использованием никелевых катализаторов. Вообще это яд, с ними работают в перчатках, и какая-то их остаточная концентрациях в маргаринах присутствует. Но бог с ним с никелем, в этих маргаринах мы еще находим трансжиры. Если вокруг пальмового масла множество инсинуаций, за которыми весьма слабая научная база, то с трансжирами – наоборот: тут как раз полный порядок. Исследования на эту тему велись более десяти лет – рандомизированные, в разных странах, в разных институтах. Широко известно, допустим, «Исследование здоровья медсестер». Одним из его результатов стало недвусмысленное заявление Всемирной организации здравоохранения, что трансжиры отвечают за рост риска сердечно-сосудистых заболеваний. А это основная причина смертности во всем мире. Поэтому потребление трансжиров необходимо сокращать.

– В Госдуме некоторые депутаты уверены, что превышение норм содержания трансжиров наблюдается как раз в пальмовом масле.

– Ну послушайте. Накапливание трансжиров – это результат неполной гидрогенизации любого масла. Российские нормативы тут довольно строгие. В 2018 году законодательству по трансжирам обещают еще большее ужесточение. Так вот, если оно случится, мы увидим еще больший рост импорта тропических масел.

– Почему?

– Потому что эта группа масел изначально от природы обладает необходимой консистенцией, от природы эти масла полутвердые. Их можно и не гидрогенизировать – в отличие от жидкого подсолнечного масла, если вы хотите придать ему твердость. Вот вы, например, когда-нибудь пробовали вафли, произведенные с использованием подсолнечного масла?

– Нет, но читал, что некоторые российские кондитеры, чтобы удержать потребителя, решили заменить им «пальму».

– Попробуйте. Некоторые такие вафли даже пахнут семечками. Говорю вам, была б моя воля, я бы…

– …организовали кампанию, направленную на дискредитацию подсолнечного масла в России?

– Скорее направленную на ослабление давления на пальмовое масло. Вообще я технолог, и дискредитировать никого не хочу. Я понимаю, что все масла нормальные, допустимые в пищу – и подсолнечное, и соевое, и пальмовое, любое.

– Но у каждого производства есть свои скелеты в шкафу?

– Да нет никаких скелетов, но при желании их можно выдумать.

– То есть нефрас, кислота и никель в производстве подсолнечного масла – выдумки?

– Нет, все так и есть. Вопрос лишь в том, как это преподнести. Никель? Ну да, это яд. Но в конечном продукте его очень мало, хотя в ходе борьбы за внимание потребителя эту деталь можно вынести за скобки. Теоретически, конечно, сейчас рассуждаю. Когда на пальмовое масло идут такие нападки, просто обороняться неэффективно. Это все равно что играть в футбол, только защищаясь. Без контратаки гол не забьешь.

– Пока, однако, вы настаиваете лишь на том, что пальмовое масло совершенно безвредно. Кого, по вашему опыту, труднее всего в этом переубедить – потребителя или власть?

– Сложнее всего переубедить баранов. Если люди знают, что пальмовое масло – обычный, нормальный продукт, но одна их часть признает это, а другая отрицает по каким-то веским для себя причинам, убеждать их в чем-то бессмысленно. Но есть еще и те, кто не знает, о чем говорит, а говорит при этом какие-то жуткие вещи о продукте.

– Жуткие – это, например, что? Что использование пальмового масла в детских смесях представляет опасность для ребенка?

– Да, об этом часто приходится слышать. Детская смесь призвана смоделировать кормление как можно ближе к оригиналу, кислотно-жировому составу грудного молока. В женском грудном молоке основная кислота – пальмитиновая, и она является такой же основной в пальмовом масле. И пальмовое масло действительно широко использовалось как сырье для смесей. Потом провели исследование, которое выявило связь между потреблением смесей на основе пальмового масла и снижением усвоения кальция ребенком. Стали разбираться, почему так происходит. Выяснилось, что все зависит от того положения в молекуле, где крепится эта пальмитиновая кислота. Сложность, прямо скажем, небольшая. Есть процессы, которые позволяют переместить пальмитиновую кислоту и придать ей нужное положение. На этом вопрос был исчерпан. В Европе пальмовое масло продолжает использоваться при производстве детских смесей. Но, повторяю, такие разъяснения не обязательно меняют точку зрения потребителей в России.

– А что тогда меняет – заключения российских экспертов?

– Есть, например, Институт питания РАН, другие авторитетные институты и специалисты, которые не видят в пальмовом масле никакой угрозы или вреда. Проблема в том, что медийный индекс у них невысокий.

– После громких заявлений Россельхознадзора о росте фальсификата, производимого из пальмового масла, действительно странно ожидать от РАН чудес.

– К сожалению. Хотя, говоря о фальсификате в молочной отрасли, мы должны иметь в виду обычное мошенничество. Сто лет назад молочку в России, кстати, тоже фальсифицировали.

– С применением пальмового масла?

– Тогда было кокосовое, но не суть. Фальсификат, то есть сознательное введение покупателя в заблуждение, был, есть и будет там, где отсутствует эффективный контроль государства. В России действует как минимум три закона на тему маркировки, но мы видим, как они исполняются. Сейчас предлагается еще один закон, обязывающий маркировать, и я совсем не исключаю, что его не постигнет судьба предыдущих. Если бросать силы на борьбу не с самими фальсификаторами, а с ингредиентами, которые они используют, – пытаться вводить акцизы на пальмовое масло или вообще его запрещать, то фальсификацию никогда не побороть.




– Базовое преимущество пальмового масла – цена, возможность снизить себестоимость. Нет такой возможности – нет фальсификата, по крайней мере в тех масштабах, которые проблема приняла с осени 2014 года. Такой, если грубо, была логика предложений ввести акцизы на «пальму».

– Во-первых, ценовое преимущество тут непостоянно и зависит от конъюнктуры. В начале года мировые цены на подсолнечник были ниже, чем на пальмовое масло (в конце января Индонезия в шесть раз повысилапошлины на фоне роста цен. – Republic). Но главное, с чего вы взяли, что фальсифицируют только пальмовым маслом?

– Есть что-то более подходящее для этих целей?

– У меня для вас новость – есть. Недавно пересматривая фильм [тележурналиста] Аркадия Мамонтова «Пальмовые берега», я обратил внимание на промелькнувший в нем результат экспертизы состава молочного продукта. Продукт был сделан из гидрогенизированного подсолнечного масла. Помню, как на одном деловом мероприятии ко мне подошел производитель молочной продукции и в кулуарной беседе задал вопрос: «Слушай, а чем можно сделать молочку, кроме молока?» ЗМЖ, говорю, то есть заменителем молочного жира. Нет, отвечает, надо что-то подешевле. И начинает перечислять все, что он перепробовал в своих поисках: подсолнечник, куриный жир, говяжий жир.

– Молоко из говяжьего жира? Даже представлять не хочу.

– Впервые я с этим столкнулся в эфире одного из российских каналов, где я участвовал в обсуждении вместе с главой ассоциации «Союзмолоко» Андреем Даниленко. Он тогда сказал: зачем, мол, делать заменитель жира из пальмового масла, если есть подсолнечное? Тогда мне такие слова показались странными: ну никак нельзя это сделать! Хотя бы потому, что в подсолнечном масле отсутствуют короткоцепочные жирные кислоты. Вам в любом случае еще нужна эта группа. Да нет же, можно – такой был ответ. Признаюсь, я только впоследствии понял, о чем говорил Даниленко.

– И о чем он говорил?

– Фактически о том, что для фальсификатора не существует технологических границ. Для него важно, чтобы была жирность, и не важно, что служит ее источником – хоть парафин. Главное, чтобы жир был дешевый. А суть фальсификации, как мы знаем, – продажа дешевого продукта под видом дорогого. В этом смысле я вообще считаю, что потребитель сможет защитить себя от фальсификации, если начнет искать на этикетке слова «пальмовое масло» или «растительные масла». Тогда как минимум он не переплатит. Как ни странно, пальмовое масло в этом случае будет гарантией, что его не обманывают хотя бы просто на деньги.

– Вы все сводите к фальсификату.

– Потому что эта проблема генерирует практически все негативные информационные поводы, связанные с пальмовым маслом. Словно пальмовое масло в чем-то виновато, как будто это какой-то одушевленный предмет, который сам себя добавляет в продукты.

– Но разве дело только в подделках? Последние три года из российского сельского хозяйства хотят сделать индустрию замкнутого цикла. Минсельхоз уверяет, что страна может прокормить себя сама, выращивать и перерабатывать все на месте.

– Включая бананы и кофе?

– Включая, например, типичные для региона масличные культуры и исключая тропические. Почему, вы считаете, России непременно нужно импортировать пальмовое масло?

– Это вопрос будущего индустрии с точки зрения существующих трендов. Население планеты давно перевалило за семь миллиардов человек. Голод до сих пор не побежден, и тренд на удешевление продуктов питания будет только укрепляться. Я, например, ярый противник того, чтобы запрещать ГМО в России. Это поставит крест на нашем сельском хозяйстве. И я такой же противник борьбы с пальмовым маслом, поскольку это поставит крест на нашей пищевой промышленности. Допустим, мы запрещаем пальмовое масло. Что дальше? Российские продукты, произведенные с использованием пальмового масла, будут вытесняться импортом того же состава, только более качественным и дешевым.

– Цельномолочные продукты, продукты, произведенные из молочного жира, мы, выходит, сбрасываем со счетов?

– Не сбрасываем, а честно признаем, что далеко не всем они по карману. Никакой волшебный способ ни уравняет по цене растительные жиры и белки с животными. Соевый белок всегда будет дешевле стейка, а пальмовое масло всегда будет дешевле сливочного. Это так же очевидно, как то, что «мерседес» всегда будет дороже «запорожца»...


Источник.

Tags: хроники импортозамещения
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments